ВЕТХОЗАВЕТНЫЕ ЖЕНЩИНЫ

Библейские беседы для сестер

МАТЬ МОИСЕЯ

“Верою Моисей, пришед в возраст, отказался называться сыном дочери фараоновой, и лучше захотел страдать с народом Божиим, нежели иметь временное, греховное наслаждение, и поношение Христово почел большим для себя богатством, нежели Египетские сокровища; ибо он взирал на воздаяние” (Евр. 11:24-26).

Моисей — самая величественная и славная личность Ветхого Завета.

“Поношение Христово почел большим для себя богатством, нежели Египетские сокровища”.

Как могла в тесноте, в рабстве, в тяжести работ, в порабощении, задолго до пришествия Христова, возникнуть такая величавая, благородная личность, которая добровольно избрала путь скитаний, лишений, отказавшись от роскоши, богатства, царского дворца?

Мало того, о нем Господь сказал, что “устами к устам говорю Я с ним, и явно, а не в гаданиях, и образ Господа он видит” (Чис.12:8).

Случайно ли это явление? Нет, оно не случайно.

Изучая 2-ю книгу Паралипоменон, мы видим, что Духу Святому угодно было отмечать имя матерей израильских и иудейских царей, правителей народов:

“Семи лет был Иоас, когда воцарился, ...имя матери его Цивья из Вирсавии и делал Иоас угодное в очах Господних” (2 Пар. 24:1-2).

“Двадцати пяти лет воцарился Амасия, и двадцать девять лет царствовал в Иерусалиме. Имя матери его Иегоаддань, из Иерусалима. И делал он угодное в очах Господних” (2 Пар. 25:1-2).

“Шестнадцати лет был Озия, когда воцарился и пятьдесят два года царствовал в Иерусалиме; имя матери его Иехолия из Иерусалима. И делал он угодное в очах Господних” (2Пар.26:3-4).

Так сказано о Езекии, имя матери которого было Авия, и о других.

Зная, что у Господа не бывает ни одного праздного слова, вдумываясь в это, мы поймем, что формирование личности человека, направление его мыслей и путей жизни, чистота жизни, величие души, благородство, честность, искренность главным образом закладываются в детстве, причем, в раннем детстве, и, даже более того, еще до рождения матерью его.

1. В далекие времена рабства Израильского народа в Египте, народ Божий, угнетаемый, стонущий от тяжести работ — умножался. “И потому египтяне с жестокостью принуждали сынов Израилевых к работам и делали жизнь их горькою” (Исх. 1:13-14).

Фараон приказал повивальным бабкам Шифра и Фуа уничтожать рождавшихся у евреев младенцев мужского пола. Но они боялись Бога и не делали этого (Исх. 1:12-22).

Как мужественны были эти женщины—рабыни! Они не боялись гнева царского, противостали его нечестивому желанию уничтожать народ, избранный Богом чрез Авраама, Исаака и Иакова. Страх Божий был у них превыше страха человеческого. “Тогда фараон всему народу своему повелел, говоря: всякого новорожденного евреем сына бросайте в реку”.

C cамого момента грехопадения человечества, когда Бог дал обетование, что “семя жены” поразит змея, все усилия диавола были направлены на уничтожение людей, чтущих живого Бога и стремящихся к святости, чтобы исключить возможность произойти Мессии из чресл детей Божиих.

Не те же ли приемы до наших дней? Сначала стеснить возможность добывать хлеб насущный - лишить работы, любой веной сделать горькой жизнь детей Божиих. Затем попытаться уничтожить морально - сделать их духовно мертвыми для Бога, и, если возможно, уничтожить физически.

“Жена зачала и родила сына и, видя, что он красив, скрывала его три месяца” (Исх.2:2). Мать Моисея имела пламенное, всепоглощающее желание спасти дитя. Возможно ли грудное дитя хранить от чужого глаза и уха в течение трех месяцев? Сколько трудностей, бессонных ночей, утомления перенесла она! Ни на минуту нельзя было отойти от сына, при малейшем его движении нужно было сделать все возможное, что известно только матери, чтобы ребенок не плакал. В часы его сна мать склонялась пере6д всемогущим живым Богом, прося Его помощи, Его благословения, Его охраны. Мариамь, дочь ее, была ей доброй помощницей в деле сохранения жизни ребенка.

Так ли, сестры-матери, вы принимаете дитя свое, данное вам Богом? Делаете ли вы все возможное и невозможное для всех других, кроме матери, чтобы дитя ваше было чисто, сыто, присмотрено? Проявляете ли вы терпение Божие в уходе за этим беззащитным существом, отданным Богом в ваши руки? О, как часто усталая мать с раздражением и ропотом, как великое наказание, принимает новорожденное дитя!

А как вы заботитесь о духовном здоровье и росте ребенка? Прилагаете ли все усилия, забывая себя, свой сон, свою усталость, чтобы дитя с младенчества оградить от мира? Часто ли ты говоришь с Господом о младенце с первого его дня рождения и даже до рождения? Или ты говоришь так, как теперь принято:” вырастет, сам изберет”? Молишься ли ты над дитем, когда пеленаешь, когда кормишь, когда кладешь в кроватку? Уложив детей спать, становишься ли ты у их постели на колени, чтобы сказать Господу о каждом в отдельности? Или ты стремишься скорее к отдыху? Посмотри на мать Моисея, на ее терпение и умение сохранить младенца в течение трех месяцев! Она не думала о себе, а только о новорожденном.

“ Но не могши долее скрывать его, взяла корзинку из тростника, и осмолила ее асфальтом и смолою; и, положивши в нее младенца, поставила в тростнике у берега реки. А сестра его стала вдали наблюдать, что с ним будет”(Исх.2:3-4).

Наступил момент, когда нужно было выпустить младенца из родительского дома - “не могли более скрывать”. Сколько ночей и дней думала об этом мать Моисея, сколько молитв вознесла она к Богу, спрашивая Его, что делать дальше! И Бог посылает ей удивительный план спасения дитяти - осмолить корзинку с крышкой и пустить его в ту же реку, которая должна была стать его погибелью по повелению фараона!

Река Нил была полна крокодилов, которые считались в Египте священными, им в жертву и должны были быть приносимы еврейские младенцы. Но мать Моисея сделала крышку на корзинке.

О, дорогие сестры - матери, думаете ли вы о том моменте, когда вашему ребенку надо будет переступить порог вашего дома и выйти в жизнь? “Осмолите” ли, оградите ли вы молитвами его ум и сердце, чтобы по возможности предотвратить проникновение в него всякого рода нечестия, которым наполнен греховный мир?

Когда ваше дитя идет в школу, чем заняты вы? Молитесь ли вы о том, что будет с ним? Знаете ли вы, с кем он идет в школу и с кем возвращается? О чем они беседуют дорогой и как ведут себя в пути? Не участвовал ли ваш ребенок в негодных делах? Как встречаете его вы, когда он возвращается домой? Горе вам, если, встретив его, вы даете ему поесть, а душа ребенка от вас далека! Некоторые матери не считают нужным поинтересоваться его успехами, проверить его дневники и тетради. Может быть, вы начинаете “смолить корзинку”, когда дитя уже спущено на воду? Но не будет ли слишком поздно? О, если бы вы были поглощены спасением вашего ребенка, как мать Моисея!

Она заранее изучила нравы и привычки дочери фараоновой. “ И вышла дочь фараонова на реку мыться, и прислужницы ее ходили по берегу реки. Она увидела корзинку среди тростника и послала рабыню свою взять ее” (Исх.2:6).

Мать Моисея, рабыня, не имевшая права приближаться ко дворцу царя, много усилий и труда употребила, чтобы узнать, в какое время выходит дочь фараона на реку мыться и в каком месте. Она изучала характер ее и убедилась, что дочь фараона не жестока и способна к жалости. “Открыла и увидела младенца и вот дитя плачет - и сжалилась над ним” (Исх.2:6).

Мало, оказывается, только осмолить корзинку, нужно еще знать, куда поставить ее. Если она попадет к человеку жестокому, то погибнет твое дитя. Не может матери быть все равно, куда идет ее дитя и с кем проводит время. Не посылаешь ли ты сама его, дорогая сестра, в то место, где враг душ человеческих не пощадит твое дитя? А места, которые опустошают душу и сердце ребенка, тебе хорошо известны. Проверь, где и с кем проводит время твое дитя, когда уходит из дому. “Худые сообщества развращают добрые нравы” (1Кор.15:33). Знаешь ли ты, что читает твой ребенок? О чем думает? Беседуешь ли ты с ним об этом?

“О,- скажешь ты,- а когда же мне отдохнуть?” Спроси об этом у Господа и посмотри на мать Моисея. Она, молясь, изучала, куда поставить осмоленную корзину со своим младенцем.

Потому, что она убедилась, что дочь фараона не жестока, доверяя Господу, верила, что она сжалится над ребенком и сохранит ему жизнь. К делу спасения младенца мать Моисея привлекла и всю свою семью: дочь Мариамь была ее соучастницей. “А сестра его стала вдали наблюдать, что с ним будет” (Исх.2:4). В этом деле Мариамь проявила немалую смелость: “И сказала сестра его дочери фараоновой: не сходить ли мне и не позвать ли кормилицу из евреянок, чтобы она вскормила тебе младенца?” (Исх.2:7). Каким же было счастье матери Моисея, когда она “взяла младенца и кормила его” (Исх.2:9)!

“Кормила его...” А как кормим мы наших детей? Может, они сами едят всякую пищу, и физическую и духовную, где хотят и что хотят с утра и до вечера?

Мать Моисея вскормила его так, что он, пришед в возраст, “поношение Христово почел большим для себя богатством, нежели египетские сокровища”.